Бомбрадирские суда французского типа и другие суда, вооружённые мортирами

В сухопутных войсках для осадных операций используются мортиры^[1] – артиллерийские орудия крупного калибра с коротким стволом. В качестве снарядов использовались бомбы, взрыв которых настраивается с помощью запальной трубки. Орудие наводится под углом около 45°. Мортиры особенно эффективны против укрытых целей и являются незаменимым элементом любой осады.

Когда в 1680 году Людовик XIV решил бороться с бесчинствами берберских пиратов в Средиземноморье, он планировал уничтожить их судов и блокировать их порты. Это предполагало первоначальную бомбардировку кораблями флота с последующей высадкой десантов, задача которых состояла в сжигании пиратских судов. В итоге, порты должны были заблокировать, затопив блокшивы у входа, предварительно заполнив их трюмы камнями.

Эти планы, несомненно, обсуждались на различных военных советах в Версале, где присутствовал шевалье Рено д’Элисагарэ, протеже старшего сына Кольбера, де Сеньеле. Шевалье Рено по праву пользовался большим уважением как выдающийся математик и человек с весьма реальными практическими талантами. Кажется, ничто в области военных технологий того времени не ускользало от его внимания^[2].

Обладая незаурядным воображением, он выдвинул идею использования мортир на море, на борту специально переоборудованных судов, что позволило бы эффективно бомбардировать портовые города Берберских государств. Мы обыскали архивы в поисках отчётов или протоколов, описывающих обстоятельства, при которых «изобретение шевалье Рено» было предложено и одобрено, но в сериях B², B³, D¹ и G ничего не нашли.

Короче говоря, в 1681 году были заложены пять судов нового типа с названием «galiotes a bombes»^[3].

Идея шевалье Рено заключалась в расположении двух мортир рядом друг с другом, стреляющих вперёд. Это, в свою очередь, означало, что нужно было убирать фок-мачту, так как впереди неё не хватало места для расположения мортир.

Парусное вооружение для этих судов было выбрано по образцу голландских галиотов, гукоров или хоу, английских кечей и т.п. Оно состоит из двух мачт с длинными топами или со стеньгами, установленных позади середины судна, причём в качестве передних парусов ограничивались большим количеством стакселей и кливеров внушительных размеров, а иногда и блиндом.

Эти галиоты или кечи – тяжёлые и прочные суда. Эти качества, вместе с их парусным вооружением позволяют использовать на них мортиры. Я полагаю, не случайно, что первые из новых судов были построены не в Тулоне, а в Дюнкерке и Гавре.

Мортиры устанавливаются стационарно и их нельзя наводить на цель. Мортирные станки неподвижны, так что для наведения нужно правильно располагать само судно.

ГОЛЛАНДСКИЙ ГАЛИОТ
Геро дю Па

В своём словаре (приведённом выше) Блез Оливье даёт следующее определение: «это торговое судно, которое голландцы используют для своей торговли. Длина их от форштевня до ахтерштевня варьируется от 70 до 90 футов, наибольшая ширина равна четверти длины, а глубина интрюма составляет 6-6,5 дюйма за каждый фут ширины. Их подводные обводы похожи на обводы флейтов с округлой кормой, но верхняя часть корпуса и мачты у них такие же, как у голландских буеров. Экипаж на них 5-8 человек».

Эта иллюстрация взята из классической работы А. Сбонски де Пассебона, «лейтенанта одной из королевских галер», которая озаглавлена «Чертежи некоторых морских судов с их пропорциями»^[4]. Она содержит 17 листов, на одном из которых показано бомбардирское судно.

Показанное судно, по всей вероятности, является одним из пяти бомбардирских кечей, построенных в Тулоне в 1682 году Кулоном-старшим (Лораном Кулоном, ок. 1627-1692). Город на заднем плане, подвергающийся бомбардировке, – это Генуя.

Я полагаю, что этот документ исторически точен, поскольку на нём присутствует важная деталь: стеньга, которая поставлена позади нижней мачты, а не впереди. Так делали, чтобы облегчить её спуск, когда мортиры подготавливали к бою. 

Мортирная батарея, естественно, скрыта, но консоли и фальшборты изображены точно, а поверх последних был принайтован брезент. 

Грота-руслени располагаются близко к ватерлинии, что объясняет наличие «отбойного» бруса, подогнанного к их нижней стороне.

Очень тщательно нарисован такелаж. Обратите внимание на то, как свёрнуты грот-марсель и крюйсель в виде рубашки, а грот-брамсель свёрнут обычным способом вдоль рея. Другие детали: нет бизань-брамселя, галс-клампы, кница гюйс-штока и гюйс, свёрнутый блинд, и уложенный вдоль бушприта, свёрнутый кливер.

Кеч стоит на одном якоре, шлюпка привязана канатом за кормой. Обратите внимание на отсутствие боковых галерей, что подтверждается оригинальными сметами на резные работы^[5], в которых не упоминаются ни галереи, ни даже фальш-галереи.

Нагрузки, возникающие при стрельбе из мортир, значительны и разрушительны для креплений судна. Благодаря использованию мортир со сплошными станками^[6] (см. ниже) и, в особенности, толстого мата из старых канатов, отдача поглощается и распределяется максимально возможным образом. Такая амортизирующая опора укладывается поверх нескольких слоёв тимберсов, которые кладут перпендикулярными слоями, опирая в конечном итоге на флортимберсы.

У нас почти нет информации о первых бомбардирских судах французского флота. Однако получше известны те, что были построены в Тулоне в 1682 году, в частности, благодаря рукописи под названием «Путешествие в Средиземные моря» Эдмунда Даммера. Этот документ хранится в Британской библиотеке и датирован 1685 годом. У автора была возможность наблюдать за судами только со стороны, и он не упоминает о том, как были устроены основания для мортир. Однако он указывает, что использовались мортиры со сплошным станком. У них плоская плита отливается вместе со стволом, что позволяет лучше распределить отдачу, но фиксирует угол возвышения на 45^о.

Самые ранние мортиры, использовавшиеся на флоте, были идентичны сухопутным и отливались с цапфами. Камера для заряда была цилиндрической или сферической. В сферическую входило не более 8 фунтов пороха, чего было достаточного для метания 12-дюймовой бомбы весом около 150 фунтов [73,35 кг].

Однако уже в 1683 году был принят новый тип мортиры – так называемая мортира со сплошным станком^[7], упомянутая выше. Цапфы мортир были слабым местом, так что при использовании наибольшего заряда для достижения максимальной дальности они могли погнуться. В апреле 1683 года один из чиновников, ответственных за производство артиллерии, подготовил чертёж новой 12-дюймовой мортиры со сплошным станком, отливаемой с большой сферической камерой. Этот новый тип мортиры был запущен в производство и впоследствии использовался для вооружения всех бомбардирских судов французского флота^[8].

Пять бомбардирских кечей, построенных в 1682 году в Тулоне, были немного крупнее ранее построенных. Мортирную батарею можно было разместить только на шкафуте, и важно, чтобы эта область была накрыта и защищена от волн. Действительно, при переходе из Ла-Манша в Тулон кечи «приняли много воды», что потребовало сооружения временного съёмного настила над шкафутом.

Два судна, построенные в Тулоне в 1696 году, были идентичны построенным в 1682 году, за исключением незначительного увеличения размерений.

К концу правления Людовика XIV двенадцать бомбардирских судов, построенных в 1682 и 1696 годах, были переведены в блокшивы или выведены из состава флота. В течение следующих лет десяти флот больше не имел никаких «средств устрашения» против берберийских пиратов. Внешняя политика сместилась в сторону дипломатии, считавшейся менее затратной.

На 16 и 17 страницах мы воспроизвели карту Средиземноморья, составленную в 1696 году галерными штурманами А. Мишло и Н. Тереном. Мы перечислили даты и места всех операций, в которых были задействованы бомбардирские суда французского флота. Мы также перечислили названия участвовавших судов и количество выпущенных бомб. Мы обращались к рукописной серии B⁴, №№ 9, 11, 13, 18, 40, 109, 116, чтобы собрать как можно больше информации о кампаниях, в которых использовались бомбардирские суда. Однако следует сказать, что информация в целом носит лишь поверхностный характер, и только судовые журналы могли бы предоставить подробные сведения. К сожалению не сохранился ни один журнал 17 века.

Бомбардировки, проводимые бомбардирскими судами, были особенно жестокими по отношению к берберийским государствам. Например, в 1688 году по Алжиру было выпущено не менее 20 000 бомб, и есть все основания полагать, что город был полностью разрушен или сожжен, поскольку кроме бомб применялись и зажигательные снаряды. Против таких городов, как Генуя и Барселона, действия были более сдержанными. Тем не менее, в 1691 году по Аликанте было выпущено 2500 бомб.

Бомбардирские суда приобрели свирепую репутацию и представляли собой реальную силу устрашения.

Небольшой рисунок бомбардирского кеча из альбома Геру дю Па [Polak, 4165]. Этот несколько посредственный документ, вероятно, скопирован с того, что приведен в атласе Сбонски де Пассебона, опубликованном около 1690 года.

В 1725 году в Тулоне были построены три новых бомбардирских судна. За последние двенадцать лет в списках французского флота не было ни одного бомбардирского судна. Все суда, построенные в 1682 и 1696 годах, как уже упоминалось ранее, были забракованы.

Суда 1725 года приняли участие в военной операции против Триполи в 1728 году. Они были идентичны судам, построенным в 1696 году. В 1734 году, теперь уже в Бресте, были построенные ещё два бомбардирских судна, но они никогда не принимали участия в боях. В 1752 году в Тулоне были заложены ещё два судна, одно из которых мы выбрали в качестве темы данной монографии. Спущенные на воду в 1754 году, они приняли участие в бомбардировке Сале и Лараша в 1765 году, Бизерты и Суса в 1770 году.

В 1746 году одно из судов, построенных в Тулоне в 1725 году, было захвачено англичанами при переходе из Тулона в Брест. Несомненно это явилось причиной для постройки ещё двух бомбардирских судов в Бресте в 1755 году, которые в 1765 году стали блокшивами, так и не поучаствовав в сражении.

В целом, в 1681-1755 годы были построены двадцать одно бомбардирское судно так называемого французского типа. Их список приведён на 20 странице. Таким образом после «богатого» периода, относящегося к последнему десятилетию 17 века, от бомбардирских судов отказались. Между 1682 и 1696 годами построили двенадцать судов, а затем до 1725 года не строили их вообще, а после возобновили строительство, но уже с умеренной скоростью, произведя за тридцать лет (1725- 1755 гг.) всего девять штук. Суда, построенные в Бресте, никогда не участвовали в сражениях, а тулонские суда принимали участие лишь в пяти бомбардировках, которые не шли ни в какое сравнение с теми, что предпринимались в 17 веке.

Бомбардирские суда французского типа представляли собой слишком серьёзное вложение для такого ограниченного применения. Поэтому с конца Семилетней войны не было предложено ни одного плана для постройки дополнительных судов этого типа. При необходимости предпочитали переделывать флейты и габары, которые в противном случае использовались бы в качестве вооружённых транспортников.

Французские эскадры, вооружавшиеся в ходе войны за независимость США, не содержали в своём составе бомбардирских кечей, хотя две небольшие габары были переделаны в бомбардирские суда. Там мортиры поставили на анг­лийский манер: одну впереди другой для стрельбы бортом. Это позволило поставить на них корабельное парусное вооружение, избегая основную критику кечей французского типа, которые, как считалось, плохо шли под парусом из-за отсутствия фок-мачты^[9].

Таким образом 1755 год ознаменовался последним пос­троенным бомбардирским кечем французского типа, а в 1770 году они последний раз использовались в бою.

Эта монография посвящена бомбардирским кечам французского флота, тем не менее мы решили, что было бы полезно кратко пройтись по всем типам судов, которые применялись несколько спорадично в качестве бомбардирских.

Иллюстрация из «Трактата по парусному вооружению» Лес­калье: «Французские бомбардирские суда спроектированы для стрельбы из мортир по курсу. По этой причине у них нет передних мачт, кроме бушприта. На грот-мачте есть марс и эзельгофт, стеньга и брам-стеньга выше, а на бизань-мачте есть стеньга и брам-стеньга, точно такие же, как на кораблях. Они ставят на этих мачтах точно такие же паруса, как и корабли, вооружая их аналогичным образом, но между грот-мачтой и бушпритом, где расстояние гораздо больше, растягивают стаксели и кливера гораздо большего размера».
«Эти суда в качестве грота-штага ставят железную цепь, а когда они готовятся к стрельбе бомбами, наводят нос на цель. Затем разоружают весь такелаж впереди, кроме цепного грота-штага, который является единственной снастью, выдерживающей огонь от пороха. Ванты подкрепляют при помощи дополнительных лось-вант, бакштаги удваивают, а все реи и снасти надёжно крепят от встряски, которой подвергается судно каждый раз при стрельбе мортир».

^[1] Мортиры вошли в общее употребление с начала 17 века.

^[2] Бернар Рено д'Элисагарэ родился в 1659 году в Беарне и умер в Пуге-лез-О в 1719 году. Его семья происходила из Наварры. Его отец был небогат, и у него была большая семья. Поэтому в раннем возрасте юный Бернар поступил на службу к рошфорскому интенданту, благодаря влиянию старшего сына Кольбера, де Сеньеле, который сменил своего отца в 1683 году на посту государственного секретаря по делам флота, который Кольбер занимал частично с 1669 года и полностью с 1672 года. Благодаря такой протекции Бернар Рено получил в 1679 году назначение на службу к адмиралу Франции графу де Вермандуа.

Участвуя в регулярных советах, проводимых в Версале, он предложил более строгую систему построения обводов кораблей и получил капитанский патент. С тех пор он регулярно посещал заседания генерального совета флота, имея право голоса в обсуждениях. Назначенный главным инспектором флота, а затем почетным членом Академии наук в 1699 году, он принял участие в большом количестве экспедиций и морских кампаний.

Рено д'Элисагарэ имел репутацию человека с большим воображением, выдающегося математика, реалиста и человека безупречной честности.

^[3] В этот период правильно было бы называть такие суда бомбардирскими кечами. Однако, так как с годами поменяли парусное вооружение, я склонен использовать более общий термин «бомбардирское судно», и следует отметить, что в списках Французского флота на протяжении всего 18 века их, как правило, просто называют «бомбардирскими» [Д. Робертс].

^[4] H. Sbonski de Passebon, Plan de plusieurs bâtiments de mer, avec leurs proportions, Париж, около 1690 г.

^[5] Архив Тулонской верфи, 5.E. 177.

^[6] Также мы обнаружили отсылку к применению небольшого числа тяжелых 17-дюймовых мортир, называемых «Комменжами», против алжирцев в 1688 году. Из них стреляли бомбами весом 500 фунтов (см. статью Ж. Будрио в журнале Neptunia № 97.

^[7] plaque mortier (фр.)

^[8] Нет краткого перевода французского термина «mortier à plague» на английский, который часто упоминается в текстах того времени, как «мортира с лафетом, отлитые вместе» или как «mortar à plague». Поскольку лафеты, которые отливали отдельно, всегда изготавливались из чугуна, а не бронзы, то я выбрал термин «мортира с бронзовым станком» [Д. Робертс].

^[9] Чтобы исправить этот недостаток, было предложено ставить временную фок-мачту. Провели несколько экспериментов, которые были признаны неудачными. Несбалансированный парусный план кечей делал их медленными, более того они были склонны к серьёзному сносу под ветер. Несмотря на это, один кеч принял участие в бомбардировке Картахены и даже пересёк Атлантику. Вполне вероятно, что его парусное вооружение для данного рейса было изменено.

Английский способ установки мортир не обладал такими недостатками. Стрельба мортирами вбок на поворотных станках имела заметное техническое преимущество по сравнению с французским способом. Одним из преимуществ данного способа, которое нужно упомянуть, является то, что под мортиры можно было переделать любое судно с корабельным парусным вооружением. На самом деле был один эксперимент в 1696 году в Тулоне с фрегатом «Саламандра», построенным Франсуа Кулоном-старшим, который больше никогда не повторяли. Этот фрегат был вооружён двадцатью 12-фунтовками и двумя поворотными 12-дюймовыми мортирами, поставленными одна за другой между фок- и грот-мачтами.

Стоит упомянуть, что сторонники французских кечей утверждали пользу того, что судно расположенное носом к противнику представляет собой меньшую мишень, чем бортом. И ещё стоит сказать, что одно из заявляемых преимуществ стрельбы из мортир, поставленных на английский манер, под парусами было несколько иллюзорным.